facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. №10. Осенний 2017 г.
/

Чак Паланик. 36 ЭССЕ (часть 4)

Часть 1 . Часть 2 . Часть 3 >

 


ПРЯЧА МЕСТОИМЕНИЕ «Я»
Часть 1


В этом эссе будет описана отличительная особенность минимализма, которую называют «Пряча местоимение “я”».

Для того чтобы это сделать, я покажу вам рассказ «Кишки», уже опубликованный в Штатах и Европе журналом Playboy и газетой Guardian. «Кишки» - это глава из моей книги 2005 года «Призраки», сборнике связанных между собой страшных историй. «Кишки», без сомнения, - самая ошарашивающая история в книге, и я работаю с Playboy над тем, чтобы опубликовать и другие рассказы из сборника. Во время последнего мастер-класса другая история из этой книги заставила одну из слушательниц зарыдать так сильно, что она была вынуждена выйти в туалет, чтобы успокоиться и привести себя в порядок.

Рассказ «Кишки» имеет трёхактную структуру, состоящую из правдивых (да, очень правдивых) историй. Напомню наши предыдущие приемы, используемые при написании эссе: этот рассказ создает авторитетность… использует серию «лошадей» или тем… и вовлекает читателя описанием физического ощущения таким образом, что вызывает у него ответную физическую реакцию.

Возможно, с последней задачей этот рассказ справляется слишком хорошо… Сорок слушателей упали в обморок, когда я читал эту историю на публике. Примите мои извинения за это, но слишком много ужаса лучше, чем абсолютная скука.

Теперь вот они – «Кишки»:


Вдохните.Наберите в грудь столько воздуха, сколько можете.

Эта история займет как раз столько времени, сколько вы сдерживаете дыхание, а потом еще чуть-чуть. Так что слушайте настолько быстро, насколько вы способны.

Один мой друг, когда ему было тринадцать лет, услыхал как-то о «пеггинге». Это когда парню засовывают дилдо в задницу. Стимулируя предстательную железу, можно, по слухам, испытать невиданной силы оргазм. В том возрасте мой друг был маленьким секс-маньяком. Он был одержим поисками новых путей самоудовлетворения. И вот он идет в магазин, чтобы купить морковь и вазелин. Для проведения небольшого личного исследования. Внезапно он представляет, как его покупка будет выглядеть на кассе супермаркета: одинокая морковь и вазелин, ползущие по кассовой ленте. И все покупатели, ожидающие в очереди, смотрят на это. Все понимают, какую грандиозную вечеринку он запланировал.

Так что мой друг покупает молоко, яйца, сахар и морковь – все необходимое для морковного пирога. И вазелин.
Как будто он собирается, придя домой, засунуть себе в зад морковный пирог.

Дома он вырезает из моркови член. Обмазывает его вазелином и начинает шлифовать им свой анус. И ничего. Никакого оргазма. Ничего не происходит, за исключением того, что это больно.

Тут его мать начинает звать всех на ужин. Говоря, чтобы он немедленно спустился вниз.
Он вынимает морковь и прячет эту скользкую, испачканную штуку среди грязных вещей у себя под кроватью.

После ужина он идет за морковью, но она исчезла. Всю грязную одежду, пока он ужинал, мать забрала и отнесла в стирку. Она никак не могла не заметить морковь, тщательно оструганную ножом для чистки овощей с ее кухни, все еще блестящую от смазки и вонючую.

Этот мой друг все следующие месяцы живет под грозовыми тучами, ожидая, когда его родные разоблачат его. Но они этого не делают. Никогда. Даже сейчас, когда он уже вырос, эта невидимая морковка висит над ним на каждом рождественском ужине, каждом дне рождении. Даже во время поиска пасхальных яиц со своими детьми, внуками его родителей, эта призрачная морковь парит над ними всеми.

Это нечто такое ужасное, чему нет названия.

У французов есть выражение: «эффект лестницы». По-французски Esprit de l’escalier. Его значение – момент, когда ты нашел ответ, но уже слишком поздно. Например, ты на вечеринке и кто-то тебя оскорбляет. Нужно ответить что-нибудь. Под давлением, когда все на тебя смотрят, ты в ответ говоришь что-то глупое. Но как только ты уходишь с вечеринки…

В тот момент, когда твоя нога становится на первую ступеньку лестницы – происходит чудо. В голову приходит великолепная фраза, которую нужно было сказать в ответ.

И это еще большее унижение.
Вот что такое «эффект лестницы».

Проблема в том, что у французов нет выражения для тех глупых вещей, что ты совершил под влиянием момента. Эти глупые, безрассудные поступки, о которых ты помышлял или сделал.

Некоторые из них такие низкие, что им даже нет названия. Они такие низменные, что о них даже нельзя говорить.

Оглядываясь назад, эксперты по детской психологии, школьные консультанты теперь говорят, что наибольший пик подростковых самоубийств приходится на ребят, которые удушили себя во время мастурбации. Родители находят их со скрученным полотенцем, обмотанным вокруг шеи, один конец которого привязан к поперечине в шкафу спальни. Ребенок мертв. Мертвая сперма повсюду. Конечно, родители все убирают. Они надевают на своего сына трусы. Они стараются, чтобы все это выглядело… лучше. По крайней мере, чтобы это выглядело как намеренное самоубийство. Обычное, скорбное, подростковое самоубийство.

Еще одному моему другу, парню из школы, его старший брат, служащий на флоте, рассказал, что на Среднем Востоке мужчины мастурбируют по-другому – не так, как мы это делаем здесь. Его брат был дислоцирован в какой-то верблюжьей стране, где на рынках продается что-то похожее на причудливые ножи для открывания писем. Каждый из них представляет собой тонкую палочку из полированной меди или серебра, длиной не более ладони, с большим навершием, шариком или рукояткой, похожей на рукоять меча. Брат-моряк рассказал, что арабы возбуждают себя, и когда член становится твердым, они засовывают этот железный штырь себе до самого конца в мочевой канал. И они мастурбируют с этим стержнем внутри, а это позволяет кончать гораздо лучше. Более интенсивно.

Его старший брат путешествовал по миру, присылая домой интересные французские выражения. Русские фразы. Полезные советы по самоудовлетворению.

Однажды, мой друг не пришел в школу. Вечером он позвонил и спросил, смогу ли я приносить ему домашние задания следующие пару недель. Так как он попал в больницу.

Ему приходится делить палату со стариками, которым режут кишки. И он говорит, что у них единственный на всю палату телевизор. И оградиться от других он может только занавеской, что подвешена над его койкой. Родители его не навещают. По телефону он говорит, что сейчас они, если бы могли, просто-напросто убили бы его старшего брата – моряка.

По телефону он рассказал, что за день до того, как попал в больницу, он был слегка под кайфом. И валялся на кровати в спальне у себя дома. Он зажег свечку и перелистывал старые порно-журналы, собираясь кончить. Это было как раз после того, как он разговаривал со своим братом-моряком. И услышал полезный совет о том, как дрочат арабы. Так что он стал смотреть вокруг, ища что-нибудь, что можно было бы использовать для этого дела. Шариковая ручка – слишком большая. Карандаш – тоже слишком большой и грубый. Но тонкие и гладкие наплывы, стекающие по стенке восковой свечи, вполне могли сработать. Кончиком пальца он подцепил оплавленный воск. Он раскатал его между своими ладонями. Сделав его гладким, длинным и тонким.

Все еще под кайфом, в возбуждении, он стал засовывать получившийся инструмент внутрь, все глубже и глубже себе между губок члена. Большая часть воска все еще торчала наружу, и он начал работу.

Даже сейчас он говорит, что арабы чертовски умны. Они заново изобрели мастурбацию. Вот он лежит на спине, и ему все лучше и лучше, и он уже не следит за кончиком торчащего воска. Осталось лишь разок передернуть, чтобы выстрелить своим пыжом, и тут восковый конец исчезает.

Тонкий восковый стерженек проскальзывает внутрь. Полностью. Так глубоко внутрь, что он даже не может нащупать его у себя в мочевом канале.

Снизу мать зовет его на ужин. И требует, чтобы он немедленно спустился. Этот восковый парень и тот морковный парень – разные люди, но жизнь у них практически одинаковая.

После ужина у него начинают болеть кишки. Это всего лишь воск, и он думает, что он просто растает внутри и затем выйдет наружу вместе с мочой. Но у него уже начинает болеть спина. Его почки. Он не может стоять прямо.

Сейчас он говорит по телефону, лежа на больничной койке, на заднем плане слышны звонки, крики людей. Звуки телешоу.

Рентген показал, что там на самом деле: это что-то длинное и тонкое, свернувшееся пополам внутри его мочевого пузыря. И эта длинная V-образная штука внутри него собирает на себя все минералы из его мочи. И она становится все больше и жестче, покрываясь кристаллами кальция, втыкаясь и разрывая мягкую оболочку его мочевого пузыря, блокируя мочеиспускание. Его почки перегружены. И то немногое, что вытекает из его члена, красное от крови.

Он и его родители, вся его семья смотрят на черный рентгеновский снимок вместе с доктором и медсестрами, стоящими рядом, и все видят сияющую белую V, и он вынужден рассказать всю правду. О том, как дрочат арабы. Все, о чем его старший брат моряк написал ему.

И сейчас, рассказывая всё это по телефону, он начинает плакать.


Они заплатили за операцию на мочевом пузыре из его фонда денег, откладываемых на колледж. Одна глупая ошибка – и теперь он никогда не станет юристом.Засовывать штуки внутрь себя. Засовывать себя внутрь всяких штук. Свечка в твоем члене или голова в петле – понятно, что это приведет к большим проблемам.

То, что привело меня к беде, я называл Жемчужное Ныряние. Оно представляло собой мастурбацию под водой, в самом глубоком месте нашего домашнего бассейна. Сделав один глубокий вдох, я нырял ко дну и стягивал с себя плавки. И сидел там две, три, четыре минуты.

Из-за занятий онанизмом объем легких у меня стал просто огромным. Если я оставался дома один, я мог заниматься этим до самого обеда. После того как я, наконец, выпускал сперму, она зависала в воде большими, жирными, молочными комками.

Затем мне приходилось еще нырять, чтобы собрать все это. Собрать и вытереть горсть собранного о полотенце. Вот почему я называл это Жемчужным Нырянием. Даже несмотря на хлорку, я все равно беспокоился, ведь там купалась моя сестра. Или, Господи Иисусе, моя мама.

И это было моим самым страшным кошмаром: представлять мою девственницу-сестру – как она становится все толще и толще, а затем рожает двухголового ребенка-имбецила. И обе головы похожи на меня. Меня, отца и дядю.

В конце концов то, о чем ты беспокоишься, всегда не то, что на самом деле тебя достанет.

Лучшей частью в Жемчужном Нырянии был фильтр с циркуляционным насосом. И самое классное – стянув с себя трусы, усесться на всасывающее отверстие этого фильтра.

Как говорят французы, кому может не нравиться, когда ему обсасывают задницу?

Тем не менее, вот ты просто подросток, который вот-вот кончит, а в следующую минуту тебе уже никогда не быть юристом.

В ту минуту я сидел на дне бассейна, и надо мной, сквозь восемь футов воды у меня над головой, сияло волнистое нежно-голубое небо. Мир был окутан тишиной, и лишь стук сердца отдавался у меня в ушах. Мои плавки в желтую полоску были обмотаны у меня вокруг шеи, на случай если друзья или соседи неожиданно позвонят в дверь, чтобы спросить, почему я не пошел на футбольную тренировку. Равномерное течение бассейного фильтра подсасывало меня, а я прижимал свою худую белую задницу к отверстию фильтра, чтобы усилить это ощущение.

Одна минута, у меня полные легкие воздуха и член крепко сжат в руке. Родители на работе, а сестра пошла на занятия танцами. И никого не будет дома в следующие несколько часов.

Моя рука почти доводит меня до оргазма, но я останавливаюсь. Всплываю, чтобы еще раз глубоко вздохнуть. Опускаюсь назад на дно бассейна.

Я делаю это снова и снова.

Вот почему, наверное, девушкам так нравится садиться тебе на лицо. Всасывание похоже на ощущение дефекации, которая никогда не кончится. Мой член тверд, зад обсасывается водой, и мне не нужен воздух. Стук сердца в ушах, я остаюсь под водой, пока яркие звездочки не затеплятся у меня в глазах. Ноги вытянуты, и внутренние стороны коленей трутся о бетонное дно. Мои пальцы начинают синеть, их кончики покрываются морщинистыми складками от долгого нахождения в воде.

И в этот момент я позволяю себе кончить. Большие белые комки льются потоком. Жемчужины.

Затем я чувствую, что мне нужен воздух. Но когда я пытаюсь оттолкнуться от дна – я не могу это сделать. Я не могу подогнуть ноги под себя. Моя задница застряла.

Парамедики из службы спасения скажут вам, что каждый год 150 человек застревают таким образом, засосанные бассейным фильтром. Застревают или слишком длинные волосы или задница, и вы тонете. Каждый год это случается со множеством людей. Большинство из них жило во Флориде.

Просто об этом не принято говорить. Даже французы не говорят ОБО ВСЁМ.

Согнув одно колено и подогнув одну ногу под себя, я наполовину приподнялся и тут почувствовал, что что-то тянет меня за анус. Подогнув под себя вторую ногу, я оттолкиваюсь от дна. Я барахтаюсь в воде, не задевая бетона, но не могу дотянуться до поверхности.

Все еще молотя обеими руками, я уже на полпути наверх, но не поднимаюсь выше. Стук сердца у меня в голове становится громче и чаще.

Яркие звездочки мелькают перед глазами, я поворачиваю голову и смотрю вниз… но не могу осознать того, что вижу. Толстая веревка, похожая на бело-голубую змею в переплетении вен, тянется ко мне из слива бассейна и держит меня за зад. Некоторые вены сочатся кровью, красной кровью, которая под водой становится черной, вытекая из небольших надрывов на бледной змеиной коже. Кровь разливается вокруг, растворяясь в воде, а внутри змеи, под её тонкой белесо-голубой кожей видны комки полупереваренной пищи.

Единственное, чем такое можно объяснить - какое-то ужасное чудище со дна морских глубин скрывалось в темноте канализации и ждало момента, чтобы напасть и сожрать меня.

Тогда я начал бить эту змею ногами, по скользкой резиновой коже и венам – и чем больше я ее бил, тем длиннее она становилась, вытягиваясь ко мне из слива. Она уже стала величиной с мою ногу, но все еще крепко держала меня за анус. Еще один удар – и я на дюйм ближе к глотку воздуха. Змея всё ещё тянет меня вниз, я на дюйм ближе к спасению.

Внутри змеи видны кусочки кукурузы и орехов. И еще видна продолговатая ярко-оранжевая капсула. Это огромного размера таблетка мультивитаминов, которые мой отец заставляет меня пить для того, чтобы я набрал массу. Чтобы я смог получить спортивную стипендию за игру в футбольной команде. Витамин с увеличенным содержанием железа и омега-3 аминокислотами.

Похоже, что эта таблетка спасла мою жизнь.

Это не змея. Это моя толстая кишка, мой кишечник, вытянутый из меня. То, что врачи называют ректальным пролапсом. Мои кишки засосало в канализацию.

Парамедики скажут вам, что насос для бассейна прогоняет через себя 80 галлонов воды в минуту. И это создает давление порядка 400 фунтов. Большая проблема в том, что у нас внутри все взаимосвязано. Твой зад всего лишь дальний конец твоего рта. И если я ничего не сделаю, насос будет продолжать работать, вытягивая мои внутренности, пока он не всосет в себя мой язык. Представьте себе, что вы испражняетесь 400 фунтами дерьма, и вы поймете, каким образом вас вывернет наизнанку.

Чем я могу вас обрадовать – кишки не так чувствительны к боли. Не так, как, например, ваша кожа. Вообще, то, что вы переварили в своем желудке, доктора называют фекальными массами. Сначала идет кашица с тонкими вкраплениями слизи, нашпигованной кукурузой и зеленым горошком.

И вот такой вот супчик из крови, кукурузы, дерьма и спермы плавает вокруг меня. И хотя из зада у меня выматываются кишки, а я держусь за то, что еще во мне осталось, самое большое мое желание в этот момент – каким-то образом натянуть обратно на себя плавки.

Не дай Бог родители увидят мой член.

Держась одной рукой за кишку, другой я зацепляю мои плавки в желтую полоску и стягиваю их с шеи. Но все равно надеть их на себя я не могу.

Если вам хочется узнать, на что похож ваш кишечник, сходите и купите упаковку презервативов, сделанных из слепой кишки ягненка. Достаньте один и разверните его. Наполните арахисовым маслом. Смажьте вазелином и засуньте в воду. А затем попытайтесь разорвать его. Попытайтесь растянуть его. Он слишком прочный и похож на резину. И он такой скользкий, что вы просто не сможете удержать его в руке.

Но презерватив из кишки ягненка – это всего лишь презерватив.
Вы понимаете, к чему я веду.
Стоит лишь отпустить руку на секунду – и тебя выпотрошит.
Если попытаться всплыть, чтобы вздохнуть воздуха – тебя выпотрошит.
А если не всплывать, тогда ты утонешь.
Выбор лишь в том – умереть прямо сейчас или через минуту.

Все, что найдут мои родители, когда вернутся с работы – это большой обнаженный эмбрион, свернувшийся клубком. Плавающий в мутной воде бассейна на заднем дворе их дома. Привязанный ко дну толстой веревкой вен и переплетенных кишок. Словно подвешенный в обратную сторону парень, который удушился, пока дрочил. И это тот малыш, которого они привезли из роддома тринадцать лет назад. Тот, который, как они надеялись, получит футбольную стипендию и выучится в университете. Тот, кто позаботится о них, когда они состарятся. Вот он, их надежда и мечты. Плавает в воде, голый и мертвый. И вокруг огромные молочные жемчужины растраченной спермы.

Так или иначе, мои родители найдут меня обернувшимся в окровавленное полотенце, рухнувшим на половине пути от бассейна до телефона на кухне с обрывками кишок торчащих из-под плавок в желтую полоску.

Это то, о чем не говорят даже французы.

Тот старший брат, служивший на флоте, он научил нас еще одному хорошему выражению. Русской фразе. Мы говорим: «Мне это нужно как дырка у себя голове…», русские говорят: «Мне это надо как зубы в заднице…».

Mne eto nado kak zuby v zadnitse.

Все эти истории, где звери, пойманные в капкан, отгрызают себе лапу… Ну, любой койот скажет вам, что пару раз укусить себя всяко лучше, чем сдохнуть.


Черт… Даже если ты русский, однажды тебе могут понадобиться зубы в заднице.Если же их у тебя нет, единственное что тебе остается - вывернуться похитрее. Ты хватаешь себя под колено и тянешь ногу к своему лицу. Ты кусаешь и рвешь свой собственный зад. Воздух уже закончился, и ты прогрызешься сквозь что угодно, лишь бы еще раз вдохнуть.

Это конечно не то, о чем тебе захочется рассказать девушке на первом свидании. Нет, совсем не то, если ты рассчитываешь ее поцеловать.

Если я расскажу вам, каково это на вкус, вы никогда, никогда больше не будете есть кальмаров.

Тяжело сказать, что для моих родителей было более отвратительным: то, как я попал в такую ситуацию, или то, как я себя спас. После госпиталя моя мама сказала мне: «Ты не знал, что делал, милый. Ты был в шоке». И еще она научилась готовить яйца пашот [1].

Все эти люди или брезгливо морщились, или жалели меня…
Мне это нужно как зубы в заднице.

Сейчас многие говорят мне, что я слишком худой. На праздничных ужинах люди замолкают и расстраиваются, когда я отказываюсь от тушеного мяса, которое они приготовили. Тушеное мясо убьет меня. Запеченная ветчина. Любая еда, переваривающаяся у меня в желудке более чем пару часов, на выходе такая же, как и на входе. Домашние тушеные бобы или кусочки тунца - поднимаясь с толчка, я вижу их в унитазе.

После того, как тебе сделали радикальную резекцию кишечника, мясо переваривается уже не так хорошо. У большинства людей кишечник длиной 5 фунтов. Мне повезло, что у меня остались мои шесть дюймов. Так что я не получил спортивную стипендию по футболу. Не окончил университет. Оба моих друга, восковый парень и морковный, они выросли, стали большими, а я так никогда и не прибавил ни одного фунта в весе с того дня, как мне исполнилось тринадцать.

Еще одна проблема была в том, что родители заплатили большие деньги за этот бассейн. В конце концов, отец просто сказал рабочему, занимавшемуся бассейном, что это была собака. Домашняя собака упала туда и утонула. Мертвое тело засосало насосом. Даже когда рабочий вскрыл корпус фильтра и выудил оттуда резинообразную трубку, водянистый клубок кишечника с большой, оранжевой капсулой витаминов, все еще находившейся в нем, даже тогда отец сказал: «Эта собака была чертовски тупая».

Даже из окна моей комнаты наверху было слышно, как отец говорит: «Нам не следовало оставлять этого пса одного даже на секунду…»
А затем у моей сестры началась задержка месячных.

Даже после того как они поменяли воду в бассейне, после того как они продали дом и мы переехали в другой штат, после того как сестра сделала аборт, даже тогда мои родители никогда об этом больше не вспоминали.

Никогда.
Это наша невидимая морковка.
Вы. Теперь вы можете глубоко вдохнуть.
У меня до сих пор не получается.
Конец.


Продолжение следует...



Источник - chuckpalahniuk.net
 Автор: Чак Паланик, перевод с английского: Sergey Toronto



______________
Примечания:

[1] Традиционное французское блюдо на завтрак из разбитых яиц, приготовленных способом «пашот»: помещённых в горячую воду без скорлупы. При таком способе приготовления получается мягкий кремообразный желток, окутанный лепестками белка.шаблоны для dle 11.2




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
474
Опубликовано 21 сен 2017

© 2016-2017 ТЕКСТ.express © ИД "ЛИTERRAТУРА" | © ИП "Русский Гулливер" Правовая информация


ВХОД НА САЙТ